Пятый день, как мы вышли из стазиса. Познакомился сегодня ещё с несколькими ребятами из инженерной части; те рассказали мне, что корабль превосходно справился с перелётом — возможно, даже в следующую экспедицию отправится тот же тип.
Большинство инженеров — действующие сотрудники Академии. К примеру, инженер Мила — девушка довольно высокого роста с короткими зелёными волосами — провела в космосе в общей сложности около одиннадцати лет, не считая того времени, что мы были в криогене. Так уж вышло, что сегодня они обсуждали с другим инженером файлы, касающиеся Второй экспедиции. Миле попался на глаза отзыв руководящего совета на действия нашего нынешнего капитана во время того полёта. Часть информации об этой экспедиции недоступна, но этот отзыв был рассчитан на то, что с ним будет знаком младший персонал, поэтому в нём лишь вскользь упоминается, что в полёте возникли серьёзные трудности, с которыми капитан Сарт справился отлично. Его хотели представить к медали, но он не пришёл на вручение. Позже станет ясно, что капитан исчез для публики на несколько лет. Никто не знает, почему он решил скрываться, поэтому эту тему обычно быстро закрывают. Так и в этот раз, обсуждение ушло в сторону нашего корабля.
Оказалось, что на "Тунхаре" установлена работающая связка из двух квантовых суперкомпьютеров. Во время прошлой экспедиции на "Саяне" работали один квантовый, и один микропроцессорный суперкомпьютеры — связать два квантовых между собой оказалось очень трудоёмкой задачей, и к полёту её попросту не успели закончить — и по сравнению с ними у нас повысилась точность расчёта траектории практически на треть. А это означает, что мы гораздо лучше уклоняемся от любого космического мусора, мелких астероидов и комет. По словам Милы, в межпланетных полётах подобные технологии, если и будут внедрены, то только лет через тридцать. При этом у меня возникло ощущение, что она несколько скучает по тому, как обычно проходят полёты в космосе. Когда я решил её об этом спросить, у неё разгорелись глаза. Оказалось, что она просто без ума от нахождения в открытом космосе. Дальнейшее я помню смутно: очнулся я часа через три, полный такого количества историй о сложных операциях, проведённых ей за бортом, внештатных ситуаций и просто забавных случаях, что, кажется, начал забывать свои собственные статьи. Но в одном я теперь уверен: наши инженеры — действительно мастера своего дела.
Оказалось, что на "Тунхаре" установлена работающая связка из двух квантовых суперкомпьютеров. Во время прошлой экспедиции на "Саяне" работали один квантовый, и один микропроцессорный суперкомпьютеры — связать два квантовых между собой оказалось очень трудоёмкой задачей, и к полёту её попросту не успели закончить — и по сравнению с ними у нас повысилась точность расчёта траектории практически на треть. А это означает, что мы гораздо лучше уклоняемся от любого космического мусора, мелких астероидов и комет. По словам Милы, в межпланетных полётах подобные технологии, если и будут внедрены, то только лет через тридцать. При этом у меня возникло ощущение, что она несколько скучает по тому, как обычно проходят полёты в космосе. Когда я решил её об этом спросить, у неё разгорелись глаза. Оказалось, что она просто без ума от нахождения в открытом космосе. Дальнейшее я помню смутно: очнулся я часа через три, полный такого количества историй о сложных операциях, проведённых ей за бортом, внештатных ситуаций и просто забавных случаях, что, кажется, начал забывать свои собственные статьи. Но в одном я теперь уверен: наши инженеры — действительно мастера своего дела.
Комментариев нет:
Отправить комментарий